February 23rd, 2008

Хьюго

Он принялся за кофе – прежде он пил чай

с калачами – и намазывал маслом поджаренные хлебцы…

И.С. Шмелев. Забавные истории

Есть приятель один. Назовем его Hugo. На самом деле его зовут не так, но стоит лишь перевести его имя на великий и могучий и все догадаются. В связи с таким его именем ему жутко нравится туалетная вода Hugo Boss. Звучит солидно. Я и не уверена, знает ли он какой аромат у этой воды, сколько стоит и где она продается. Но самое это сочетание - что вода называется гордо Хьюго, да еще и не просто Хьюго, а БОСС! Хьюго Босс! Звучит гордо! И сразу подбородок поднимается выше и взгляд становится сниходительным. И отношение к себе – как к Джеймсу Бонду. Бонд. Джеймс Бонд. О, да! И все девочки его!

            С завидной периодичностью ходит этот товарищ ко мне в гости. Когда голодный. А голодным он бывает как минимум раза два в день- это точно. Проверено на холодильнике. Приходит, сначала делает вид, что смущается, когда я приглашаю его зайти, но все же заходит. От обеда решительно отказывается, заявляя, что не голоден, говорит, что только чай попьет. Мне не жалко чаю. Тем более, он пьет черный - а я черный не пью. Только вот зачем-то купила вагон его - чтобы получить дурацкую кружку, из которой еще ни разу не пила и которую решительно некуда деть.

            Итак, садится оный гражданин за стол. Ну, я, как всегда, пытаюсь изобразить из себя хлебосольную якобы хозяйку – придвигаю к нему поближе варенье, печенье и режу смущенно батон (почему-то всегда кажется, что он меня остановит и скажет что-нибудь типа “да ты что! Я же  не есть к тебе пришел!”…но он молчит и лишь смотрит). Далее происходит все как по сценарию – в кружку с чаем ложку сахара и две варенья, на кусок булки – масло, а поверх всего этого удовольствия – варенье. Наверное, вкусно. В итоге половина батона исчезает. Варенье по ходу дела тоже приходится еще не раз доливать в розеточку.

            А я смотрю  и думаю - вот ты приходишь ко мне и лопаешь батон. И куда он у тебя потом девается? Куда девается все варенье? И вообще – так ведь нечестно. Потому что мысли мои при виде батона не очень оптимистичны. Всегда вспоминаются слова одной модели, которая сказала, что когда выйдет на пенсию, первым делом съест булку с маслом. Выводы по этому поводу очевидны. А он лопает, улыбается умильно и рассказывает небылицы – вешает на мои доверчивые уши лапшу, считая ее признаком хорошего тона.

            И все-то ассоциации с этим человеком связаны с едой! Так ведь тоже, наверное, не очень правильно! Один раз приходит – а меня в тот день приступ доброты атаковал. Такое бывает время от времени. И после традиционных церемоний по поводу “заходи - обедать будешь?- нет? Ну тогда чай попей хоть!” следует смертельный номер, который изменил мои чайные отношения с этим удивительным человеком. Вместо чая я предлагаю ему попробовать какао. Он соглашается. И понеслась! В следующий его приход он просто интересуется, нет ли у меня случайно какао, выпивает какао, а вместе с ним пол-литра молока и полбатона. И так повторяется до тех пор, пока однажды у меня не оказывается молока. Нет, чай не прокатил. Он идет в магазин за молоком (а я в надежде думаю, может, батон он тоже купит?). И теперь так всегда. Заходит – в руке пакет молока, довольный, блин.  Пьет какао, ест батон и с видом довольного кота рассказывает свои байки и удивительные истории. Правда в них переплетается с вымыслом, общие знакомые совершают необычайные поступки, в которые трудно поверить, а усомниться – стыдно. Обсуждаются книги со странными названиями, эти книги на такие темы, в которых ни он, ни я совершенно ничего не понимаем, но с умным видом спорим, обсуждаем и приводим какие-то абсолютно дикие факты, с которыми якобы знакомы не только мы, но и весь мир. Потом кухня превращается в АТС – это Хьюго начинает делать огромное количество важных звонков. Важность их я оценить не могу, но если хоть немного дружить с логикой, то любой поймет сразу, что разговор типа: “Серега! Ты прикинь, Ленку – Светку – Таньку видел, шла с таким-то!” имеет, как минимум, важность государственного масштаба. Что делать мне в это время – я не знаю. Уходить в другую комнату – извините, не буду; не давать ему телефон – но, по его мнению, звонки эти важные, - ему лучше знать. Поэтому я мою посуду, убираю о стола и со вздохом убираю банку какао на полку, попутно замечая, что это уже вторая банка, из которой я ни чашки не выпила. Что ж поделаешь!

            Когда важные разговоры заканчиваются, Хьюго удивляется, что я уже все убрала и начинает меня разглядывать, пытаясь найти тему для разговора. Но это не получается (так всегда!), поэтому через минут пятнадцать после оживленных телефонных дискуссий он начинает собираться. А одевается он долго. Дольше меня и многих моих подруг вместе взятых. За это время находится мега-интересная тема для беседы, и мы начинаем второй раунд разговоров – он одет, а мне лень стоять и я сажусь на пол. Если разговор очень уж затягивается, то садится на корточки и он. Сколько будет длиться такой разговор – никому неизвестно. Но остановиться не можем. Остановить может лишь телефонный звонок – мне или ему. Тогда оба вздыхаем с облегчением, и он уходит. До следущего раза. До следущего какао.